Go Home! Go Home! to EnglishПоискКонтакты  
 



Статьи

Чтиво

Стычка в степи

Автор: Пепперштейн Павел

Общий рейтинг: Хорошо  Личный рейтинг: Не оценивалась

Совсем скоро издательский дом Ad Marginem выпускает книгу Павла Пепперштейна "Военные рассказы". В преддверии выхода новой захватывающей книги Пепперштейна, проект 44100Hz эксклюзивно публикует несколько рассказов из этой книги. Это второй рассказ из этой книги.

Банда, известная под названием "Отряд Мадонны", совершила налет на городок, затерянный в степи. Никого не пощадив, они подожгли город и с добычей, привязанной к седлам, поскакали на быстрых своих конях прочь, в открытую степь. Длинные тени коней и всадников неслись перед ними, словно черные тропы, бегущие по красной от дальнего огня траве. Все всадники, с кровью и сажей на лицах, освещенные заревом, улыбались, радуясь добыче и ветру.
Впереди скакала предводительница отряда Мария Луиза Чиконе, известная в этих местах под кличкой Мадонна. Не страх, а просто лютый ужас наводило благочестивое это имя в здешних краях. Лицо ее на ночном ветру, промытое отсветами пожара, казалось прекрасным: оно было одновременно пьяным, кукольным и суровым, это экстатическое лицо. Тело Мадонны, невысокое и крепко сложенное, прочно держалось в седле, вздрагивали изящные мускулы под нежной кожей обнаженных предплечий. На груди висела икона ее покровительницы - Пресвятой Девы - вышитая алым бисером, в рамке из крошечных живых белых роз.
По правую руку от нее на вороном жеребце скакал страшный Майкл Джексон - когда-то он был негром, даже негритенком, но с тех пор лицо его покрыли боевые шрамы, и он скрывал их под слоем белоснежной краски. Его именем пугали детей во всех окрестных селеньях, и не даром: он умел быть ужасным и приносить гибель, знал в этом толк. В бою он вертелся как смертоносная обезьянка, рассылая удары ножа, как петарда разбрасывает искры, но в седле сохранял неподвижность истуканчика: черные очки, белоснежное гипсовое личико, курносый носик (говорят, кончик носа ему отрезали в тюрьме), спутанные, длинные, черные волосы, летящие за ним по ветру, - все напоминало смерть, столь же острую и узкую, как его нож.
По левую руку от предводительницы скакал худой, старый бандит Дэйвид Боуи, один глаз у него был стеклянный, другой же словно замечтался о космосе, мелкие неровные зубы обнажались в якобы смущенной и печально-задумчивой улыбке, что появлялась на его красивом лице в ответ на волны загадочных предчувствий, пенящиеся в водоворотах и пучинах его мозга. Чуть поотстав, скакал за ним его верный боевой товарищ Мик Джаггер, с лицом грубым и страшным, а голову его туго стягивала косынка, пропитанная кровью.
Молоденькая и нежная Бритни Спирз неслась на белой легконогой лошадке. Эта девушка сохранила на своем милом теле (ради смеха или ради сентимента) школьную юбчонку и курточку с гербом колледжа, где она прилежно училась всего лишь пару лет назад, теперь же и юбочка и курточка были запятнаны кровью ее жертв, сама же она кичилась тем, что не пролила еще своей девичьей крови и остается девственницей.
Здесь были и другие красотки, например, Дженнифер Лопес и Кристина Агильера, кровожадные креолки, чьи ласковые пальцы на скаку поглаживали рукоятки кинжалов, сохраняя в них возбуждение. Молодые, крепкие парни Энрике Иглесиас и Рикки Мартин сурово скакали рядом с боевыми подругами, а веселый, подонковатый и беспечный Роби Вильямс насвистывал песенку. Курчавый мулат Ричард Принс по кличке Пушкин нарядился во фрак, снятый с убитого банкира, пальцы его пестрели перстнями, а ногти были длинны и остры.
Были здесь и еще ребята и девушки, кто совсем молоденькие, как брызги молока, кто и постарше, украшение старых банд, закоренелые в грабежах и налетах.
Все лица сияли упоением и счастьем хорошо сделанного дела, все были горды и пугающе прекрасны. Оптический эффект, похожий на вогнутое зеркало, возникший из сочетания скорости, большого огня и открытой степи, делал их огромными, раздвигал каждого и вытягивал, и казалось, страшные боги снизошли на землю и несутся по ее пустому лицу, упиваясь силой, все разрушая и сметая со своего пути.
Впереди, куда они неслись, темный горизонт смыкался с темным небом, и различима была длинная расщелина, заросшая низкими и кривыми деревьями, степной буерак, глубины которого не достигли отблески пожара. И внезапно некий другой отряд выдвинулся из темноты буерака и преградил дорогу отряду Мадонны.
Мадонна подняла вверх руку: отряд ее остановился. Два отряда стояли в степи друг против друга. Шум, лязг и ржаные скачки - все утихло, и внезапно стали слышны тишина и стрекот степи, и ее пряные таинственные ароматы. Люди Мадонны рассматривали тех, кто неожиданно преградил им путь. Постепенно изумленье, смешанное с гадливостью, воцарилось на их лицах.
Отряд, выдвинувшийся из буерака, был странен. Ребята Мадонны еще не видели в этих местах такой банды и таких ребят, да и ничего никогда не слышали о том, что водится здесь такое. Неизвестную банду возглавляла тоже женщина, полная, немолодая и странная, она тяжело сидела в седле, глядя в сияющее лицо Мадонны непонятным взглядом из-под полуприкрытых век. Во рту она держала кусочек янтаря, обработанный искусным ювелиром так, что он выглядел как кренделек говна. Атаманша перекатывала его во рту, а иногда приоткрывала свои довольно тонкие губы в неожиданно шаловливой улыбке, чтобы показать янтарный кренделек на кончике языка. Зубы у нее были белые и ровные, причем на каждом зубе нарисован череп. Платье, совершенно непригодное для верховой езды, белело огромными ромашками на темном фоне, конек под ней был невысокий, черный и пушистый, и сидела она на нем по-мужски, уверенно раскинув полные ноги в красных морщинистых сапогах. В руке она держала золотую чашечку из кофейного сервиза, наполненную какой-то жидкостью - это было ее оружие.
Справа от нее восседал верхом полный мужчина в очках. Рубаха у него была на груди разорвана до пупка, а глядел он с такой скучающей брезгливостью, с таким привычным отвращением, что казалось - перед ним живая пыль. На его груди в пухлый мужской сосок продето было золотое кольцо, на котором висела черная коробочка, откуда сочился равнодушный, двоящийся привольный голос, поющий:
Ты живешь на одном,
Ну, а я - на другом,
На высоком берегу, на крутом...
В руках он держал топор.
Слева от атаманши сидел на коне смуглый и жирный парень, длинные черные волосы, заплетенные в тысячу косичек, рассыпались по плечам, черные вытаращенные глаза нагло сверкали, как маслята из травы, одежду его составлял красный камзол восемнадцатого века и розовое трико под камзолом. Руки в кружевах поигрывали пилой.
Рядом с ним сидели вместе на одном коне, тесно обнявшись, две девочки - еще совсем маленькие: одна черноволосая, коротко стриженая, с белым вдохновенным личиком, другая рыжая, веснушчатая, похожая на английскую школьницу, второпях сбежавшую из окна. В руках они вместе сжимали осиный кол, остро заточенный с двух сторон.
Еще виднелся беззубый парень, весь в мехах, с пистолетом, затем несколько крупных женщин, вооруженных бритвами, еще какие-то люди - кто щеголял в тельняшке, кто в парчовом колпачке, кто в гимнастерке, кто совершенно голый. Были и в шубейках или обмазанные салом...
Все это казалось странным. Из каких глубин и какая сила выдавила на поверхность этот пузырь?
Но люди Мадонны не привыкли долго удивляться. Руки потянулись к оружию.

Мадонна сплюнула, и ее святая воровская слюна рухнула в траву. В каждом из ее плевков был виден рождественский домик со светозарными оконцами, на который падал снежок, или же церковь сразу после праздника, откуда выходили люди, все в цветах, и радостно целовались, поздравляя друг друга...
Но Пугачева, которая все еще стояла перед Мадонной, приподняла свои нелегкие веки и с тяжеловесным кокетством взглянула в лицо противнице. Взгляды двух предводительниц встретились - так всегда встречаются взгляды командиров, когда на войне сходятся два отряда.
Атаманши отошли от своих банд, чтобы выяснить отношения (помериться силами) в быстром уединенном поединке.
В глазах Пугачевой ничего не отражалось, они были непрозрачно-карими, в них плескался какой-то туман, в тумане обозначалась снежная дорога, удаль, вьюга, тоска, даль... Кто-то добирался куда-то в санях по той дороге, но буран и мгла порождали тревожные сны: и вот уже огромный и страшный мужик с черной бородой выдвигался из мглы и преграждал дорогу саням, и ручищами указывал на свое тело в одной рубахе, мерзнущее на холодном ветру...
Пугачева поднесла к губам (которые были накрашены, как две темные вишни) золотую чашечку и выпила ее содержимое. Тут же полное тело ее задрожало, пошло быстрыми волнами, ноги в красных сапожках, казалось, вот-вот пойдут в пляс. И действительно, она медленно обернулась вокруг своей оси, развела руки, склонила голову, по-народному передернула пухлыми плечами... Взгляд же ее, обращенный на неприятельницу, стал совсем порнографическим.
Внезапно она резко сорвала с себя нечто вроде короткой шубейки, что была на ней, и метнула к ногам Мадонны.
- Тулупчик заячий, - произнесла она хрипло. - Тулупчик... Он предка моего достался. Вишь разошелся весь по швам. Зашей, дочка, тулупчик.
Мадонна взглянула на тулупчик. Тот лежал рваный, раскинувшись лоскутами грязного меха. Пахнуло от него вонью веков, и диким привольем, и бешенством. Пугачиха вся тряслась уже крупной дрожью.
- Зашей, дочка, зашей тулупчик мой рваненький. Ввек не забуду, век бога молить за тя буду...
В хриплом и низком ее голосе все отчетливее слышались кликушеские, гипнотизирующие нотки. Страшная угроза и сила исходила от этих просьб, от этого меха.
Мадонна смотрела на тулупчик, и на суровом лице ее неожиданно обозначилось смягчение, даже нежность. Она сняла маленькую белую розу с иконы Пресвятой Девы, что висела у нее на груди, и бросила цветок на темный старый мех. В ту же секунду мех весь вспыхнул от света, распался на крупные клочья - свет был так ярок, что, казалось, мех сгорит и растворится в нем, но лоскутки меха свернулись в подобие пельменей, завернулись конвертиками... и вдруг свет погас, а там, где лежал тулупчик, - там теперь толкалась и прыгала в траве гурьба живых зайчат. Зайчата блеснули глазками, рассыпались, разбежались, и исчезли в темных ночных травах. Мадонна с улыбкой проводила их взглядом. Затем лицо ее снова окаменело, в руке блеснуло оружие. Она устремила свои лучащиеся глаза на противницу, и прозвучал ее голос, тоже хрипловатый и бандитский, но пропитанный холодом святости:
А теперь - исчезни!

Москва, 2004 год
Продолжение следует...


4 июля 2006


Обсуждение на форуме [тем: 1] Обсуждение на форуме

Рейтинг: Ваша оценка

Пожалуйста, авторизуйтесь
[введите ваш логин и пароль]
для участия в голосовании!

Легенда


  лучше быть не может

  потрясающе

  хорошо


 


  нейтрально

  плохо

  не оценивалась




Смотри также

Статьи:
Подвиг Модели


 

 

Авторизация

логин: пароль:  
 Запомнить меня на этом компе

Новый чел  |  Забыли пароль?

 

Кто твой любимый диджей?


Конференция EdCrunch 2015
EdCrunch 2015 — это, прежде всего, место встречи всех тех, кто профессионально связан с новыми образовательными технологиями и прогрессивными педагогическими подходами. Для тех, кто готов экспериментировать, находить единомышленников и вдохновляться презентациями спикеров мирового уровня. 

комментариев: 0

Международный конгресс Sonar + D. Часть фестиваля Sonar 2015
Sónar + D, 3-й Международный конгресс объединяющий творчество, технологии и бизнес, будет проходить в Барселоне 18, 19 и 20 июня в рамках Sónar by Day. В этом году ожидается более 4000 специалистов и 2000 компаний из 60 стран. 

комментариев: 1

 
   
начало · афиша · энциклопедия · статьи · галерея · музыка · интерактив · рейтинг · города · поиск · контакты
реклама на сайте · работа у нас · rss потоки

Все тексты и изображения являются собственностью проекта, если иное не указано в материалах.
Любое полное или частичное использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации проекта.


© 44100Hz · 1998-2012
© design: ally design · 2004